Из Книги Бытия

Владимир Каденко<br /> <br /> Он жил один. Прислушиваясь к звукам –<br /> То к тварьим крикам, то к древесным стукам –<br /> Он приближался к чувствам и наукам,<br /> Он каждый шорох в слово погружал.<br /> Струей ручья, цветным дрожаньем луга<br /> С ним говорила райская округа,<br /> А он не знал ни недруга, ни друга,<br /> И только Богу он принадлежал...<br /> <br /> Но в этот день забот и узнаваний<br /> Земля предстала сонмами названий,<br /> Душа живая сделалась желанней,<br /> И чудно пахла райская пыльца.<br /> К его жилью, верней, к его пещере<br /> Слетались птицы, приходили звери,<br /> И говорил он каждому по мере<br /> Их приближенья: "лев", "верблюд", "овца"...<br /> <br /> "Орел", "полевка", "иволга", "лисица",<br /> "Вот это волк, а вот, в руках, синица", –<br /> И он никак не мог остановиться,<br /> И в грудь ему дышала медуница,<br /> И твердь небес была обнажена.<br /> Так продолжалось дело непростое,<br /> И он следил, над чутким злаком стоя,<br /> Как за стеной густого травостоя<br /> Раскатывались эти имена.<br /> <br /> Спокойное – без плача и надлома –<br /> Неистребимым голосом ведомо,<br /> Пришло за словом обещанье дома,<br /> Где тает мед и льется молоко...<br /> Но твари гордо гривами качали,<br /> Они словам мычаньем отвечали,<br /> Посвистывали, щелкали, рычали,<br /> И эхо разносилось далеко...<br /> <br /> И лишь потом, с последним всплеском света,<br /> Весь этот день и вся работа эта<br /> Упали в нескончаемое лето –<br /> В упругий мох, под кедровым стволом...<br /> А тот, один, кто имена приладил<br /> Лишенным слов, кто со зверями ладил,<br /> Кто их ласкал, кто их по шерсти гладил –<br /> Распластан был дремотой и теплом...<br /> <br /> Но сквозь листву, сквозь рощ ночное бденье,<br /> Сквозь мерное животное сопенье<br /> Он вслушивался в смутное биенье,<br /> В сердечный жар, в неведомый недуг;<br /> И он стонал, и он во сне метался,<br /> И к ребрам он перстами прикасался,<br /> И просыпался он, и ужасался:<br /> Каким безлюдьем веяло вокруг!